Ода пикапу

— Это же надо!!!!!!! Нет, это же надо!!!!!!!!! «Ваш робот никого не сможет соблазнить, потому что в нём нет ничего особенного, он слишком похож на робота». Он и есть робот, глупая вы комиссия по инновациям!!!

По мере того, как его ботинки чеканили шаг по очередной лестнице, у учёного в голове, быстро сменяя одну за одной и иногда даже стукаясь, возникали мысли.

— Месть! Я буду мстить! — Говорила первая мысль.

— Нам срочно нужно найти компромат на всех участников сегодняшнего мероприятия. Сколько их было? Всего трое? Это будет не сложно,  — эхом отзывалась вторая мысль.

— Может быть, нам тоже поднять на смех изобретения всех этих псевдоучёных? — Подначивала третья мысль.

— Надо придумать план, где последнее слово окажется за нами,  — вновь возвращалась первая мысль.

Рой мыслей внутри головы учёного прервал слегка приглушённый голос из его чемодана:

— Но ты же сам начал свою речь со слов: «Разрешите мне представить вам своего робота… Я пока не уверен, но в будущем он может произвести революцию…» Мне самому хотелось провалиться куда-нибудь, чтобы ты поскорее закончил. И потом, ты слишком сильно меня сейчас трясёшь, у меня только что речевой модулятор улетел в транзисторный отсек. Теперь тебе ещё и это чинить.
Изобретатель резко остановился и посмотрел на чемодан.

— Глупая, глупая ты штуковина, — подумал он, — я изобретал тебя целых 8 лет и показывал тебя сегодня как самое дорогое, что у меня есть! Эх…была бы у тебя хоть капелька человечности!

В этот момент родитель робота прикусил нижнюю губу и с ещё большей силой сжал ручку чемодана:

— Погоди, XK-17, сейчас дойдём до лаборатории!

— Итак, что мы имеем, XK-17? — проходя очередной круг по лаборатории серьёзно спросил изобретатель и посмотрел на своего робота.

Красивый робот из мягкого латекса следил за изобретателем только одними глазами. Дело в том, что юный инженер так торопился к выставке роботов, на которую давала своё одобрение комиссия по инновациям, что не успел добавить в него функцию поворота головы. Робот мог менять угол наклона головы, кивать, хлопать искусственными ресницами и издалека его вполне можно было бы принять за симпатичного юношу. Правда, рук и ног у робота пока ещё не было, и сейчас он, скорее, был похож на древнегреческий бюст, но даже этим бюстом можно было любоваться несколько часов подряд.

Изобретатель устало посмотрел на робота: он пытался вспомнить, когда ему пришла в голову мысль сделать сие творение похожим на своего заклятого врага детства, любимца всех девочек в школе и капитана футбольной команды.

Иногда изобретателю казалось, будто робот и правда обладает осознанностью и здоровым упрямством, но эти мысли, скорее всего, возникали от огромного количества выпитых кружек кофе, что ровной шеренгой стояли на каждом столе в лаборатории.

— Ты понимаешь, что ты — совершенство? Массовое производство вот таких вот говорящих и умных туловищ решит все проблемы человечества! — Изобретатель прокричал это прямо в ухо роботу, — ты обязан заставить весь мир любить тебя!

— У меня сейчас опять съедет мембрана. Что же ты так отчаянно не кричал на комиссии по инновациям, а? — Меняя наклон головы всё тем же металлическим голосом спросил RPV2, а затем, ещё сильнее отвернувшись от изобретателя, проинформировал,  — Выполняю поиск по запросу «влюбить в себя». Поиск завершён.

Изобретатель с интересом посмотрел на робота. В какой-то момент ему показалось, что робот даже наморщил лоб.

— Сразу скажем, что способов со стопроцентной эффективностью мы предложить не можем. Хотя наши советы основаны на научных исследованиях и психологических наблюдениях, никто из ученых и психологов не обещает, что благодаря их наработкам нужный человек завтра же признается в чувствах,  — ровным голосом процитировал интернет RPV2,  — но существуют некоторые секретные техники, действующие на объект, который должен вас полюбить практически безотказно.

Изобретатель потёр руки и злорадно заулыбался. Он уже несколько часов сидел без дела, погружённый в свои коварные мысли, и сейчас, предвкушая новое интересное занятие, готов был прыгать до потолка.

Он похлопал робота по плечу, положил за ухо карандаш и отыскал свободные страницы в своём блокноте.

— Ну что, мой друг, диктуй мне, как надо тебя улучшить, чтобы мы могли положить на лопатки глупую комиссию по инновациям, а за ней и всех конкурентов. Только учти, у меня закончилась канифоль.

— Пикап.

Инженер выронил из рук карандаш.

— RPV2, тебя надо срочно перепрошить, потому что ты перестал понимать запросы. Я спросил: «Как называется та самая секретная технология, которая дарит безграничную власть и помогает влюбить в себя весь мир».

— Пикап, —  невозмутимо ответил робот,  —  поклонники этой философии делятся на две категории: «спортсмены» и «соблазнители».  «Спортсмены» реализуют свою цель через совершенствование коммуникативных навыков, применение психотехник и делают ставку на количестве объектов соблазнения.  «Соблазнители» добиваются цели через сложные и красивые методы обольщения, ставя его на одну доску с искусством. Однако цель у тех и у других одинакова.

— Пикап-сообщество возникло в 1990-е годы как часть движения по саморазвитию. Его основатель — Росс Джеффрис, создал в Калифорнии дискуссионную группу, участники которой обсуждали свои проблемы с соблазнением женщин и искали стратегии по соблазнению. Новинкой было использование Джеффрисом техник нейролингвистического программирования — теории, которая утверждает, что наличие связи между неврологическими процессами, языком и поведением формируется или «программируется» на основе опыта, и предполагает возможность при помощи моделирования поведения приобрести навыки моделируемого человека. Его «Speed Seduction» считается первой школой пикапа. Пикаперов отличает напористость, отсутствие эмпатии к жертве соблазнения и животный азарт.

— Получается, что если я обучу тебя каким-то особенным словам и жестам, мы сможем программировать чувства других людей? — Нахмурившись пробормотал изобретатель и тут же осёкся, — вот чушь-то я несу.

— Главное — сделать так, чтобы интеллект жертвы был выключен и уступил место эмоциям.

Изобретатель поставил перед собой пластиковую доску, на которой были нарисованы символы, понятные только ему. Он вытер рукавом часть написанного алгоритма, снял зубами колпачок от маркера и смачно выплюнул его в мусорную корзину.

— Пеле, — отметил точность изобретателя робот и попытался хмыкнуть.

— Итак, — не обращая внимания на иронию робота сказал изобретатель и начал писать, — на первый взгляд кажется, что всё просто. Я бы даже сказал, что нам с тобой нужно поменяться ролями: ты должен будешь на комиссии сыграть роль человека, а я должен буду стать роботом, у которого нет никаких чувств к своей жертве. Комиссия должна поверить в то, что ты — человек, и когда они попадутся в ловушки, которые мы расставим их поплывшим мозгам, мы с тобой сможем программировать их сознание.

Слово «программировать» так вдохновило изобретателя, что он достал из мусорной корзины колпачок от маркера и снова попытался им в неё попасть.

— Пикапер поражает жертву своим взглядом, улыбкой и подмигиваниями,  —  процитировал интернет RPV2.

—  Улыбаться ты умеешь, —  ответил изобретатель, продолжая что-то записывать на пластиковой доске, — добавим тебе демонический взгляд. Что ещё?

— Пикапер должен уметь обратить на себя внимание.  Для этого он должен сделать жертве комплимент с зацепкой.

— Так, этому я тебя быстро обучу, — затараторил юноша и полез в свой телефон, — у вас красивые глаза, прекрасная фигура и вы превосходно разбираетесь в вопросах роботов. Отвратительно.

Изобретатель поморщился, потому что ни один из этих комплиментов не был правдой, но изобретатель утешил себя тем, что скажет правду каждому члену комиссии уже после того, как они примут его творение. Или, лучше всего, напишет каждому смс.

Его разговоры с совестью прервал робот:

— Комплименты нужно делать не такие,  — пожевал он латексными губами, — такие комплименты людям говорят каждый день. Чтобы человек обратил на тебя внимание, нужно добавить к комплименту зацепку, например: «У тебя красивая юбка, но тебе она не идёт» или «Шикарный галстук, у моего покойного дяди был такой же». Пункт 89 «Кодекса пикаперов», страница 3.

Изобретатель отвлёкся от пластиковой доски и с интересом посмотрел на робота:

— И что, на такие комплименты кто-то реагирует?

— 99% из 100, если верить статистике жертв пикапера из интернета, — безоценочно ответил робот.

Изобретатель снова засуетился:

— Так, так, я, кажется, начинаю понимать цель пикапера.  Глядишь, мне эта технология ещё когда-то в жизни пригодится. Что скажешь, RPV2? Полезная же штука. Главное, чтобы из твоих уст — уст робота, все комплименты звучали правдоподобно. Интересно, как сделать так, чтобы ты умел вещать на разных частотах?

Изобретатель рукавом своего свитера снова провёл по доске, затем начал быстро писать.

— Ничего ты не понял, — безапелляционно констатировал RPV2, — пикапер должен уметь действовать в обход системы сознания. Весь пикап построен на знании о том, что нет плохих или хороших эмоций, есть просто эмоции. Когда у жертвы поднимается эмоциональный фон, у неё отключается осознанность и она начинает совершать необдуманные поступки. Именно в этот момент пикапер и начинает действовать.

Робот хотел сказать что-то ещё, но в помещении внезапно погас свет.

— Так и будете молчать, мистер Пут? — Спросила женщина, одетая в синие платье. Все окружающие не раз делали ей замечание за отсутствие дресс-кода и полное отсутствие вкуса, но ей, похоже, было всё равно.

— Мы дали вам 500 000 долларов инвестиций, и с прошлой нашей встречи всё стало только хуже, — произнёс мужчина, небрежно поправляя на своей руке золотые часы.

— Почему ваш робот постоянно улыбается, как дефективный? — Снова задала вопрос женщина в синем платье, — у него сегодня какой-то свой, особенный праздник?

— Робот ещё и подмигивает, — рассмеялся юноша в серой футболке. Он был самым молодым и перспективным разработчиком роботов во всём институте, поэтому ему прощали всё: пиво, бесконечные опоздания и неопрятный внешний вид. — Правда, после подмигивания, он долго не может закрыть глаз. Видимо в нём застревает железная ресница. Рассказать, как это пофиксить?

Изобретатель RPV2, как и его робот, смотрели на комиссию. Свои руки будущий светила спрятал в карманы брюк, чтобы два мужчины и женщина не догадались, что в этот момент он с силой впивается ногтями в свои ладони. «Терпи, — мысленно приказывал себе он, — терпи, схема работает. Сейчас мы выбьем у них почву, они решат, что мы с роботом окончательно сошли с ума, тогда-то, в момент неожиданности, мы и несём им первый удар».

— Уважаемая комиссия, —  неспешно начал Пут, —  разрешите вам представить моего робота RPV2. Это первый в мире интеллектуальный робот, построенный по…

— Вы нам это рассказывали в прошлый раз, —  перебил изобретателя мужчина, после чего снова потрогал свои золотые часы, —  лучше скажите, вы улучшили когнитивные функции своего робота?

— У вас красивые часы… и … и вы сегодня хорошо выглядите… —  становясь белым, как стены кабинета вкрадчиво ответил изобретатель.

В кабинете повисла неловкая пауза, которую решилась прервать женщина в синем платье:

— Дались вам эти часы, Пут, — трубным голосом произнесла она, — вы как будто специально избегаете наших вопросов.

— А робот всё так же нам криво подмигивает, — с улыбкой отметил перспективный стартапер.

— Так может быть, хотя бы RPV2 с нами поговорит? — недовольно спросила женщина.

Изобретатель нагнулся к своему роботу, провёл ладонью по его силиконовому бюсту и прошептал:

— Давай, дружище, не подведи, это — твой звёздный час. Покажи им, как умеют действовать люди.

RPV2 развернул голову в сторону изобретателя и два раза согласно помотал головой. 

— Золотые часы Patek Philippe, стоимостью 2500 франков были приобретены в Швейцарии на аукционе. Это —  первые часы, которые самой фирме пришлось отозвать из-за того, что у них неудачное плетение на ремешке, куда постоянно попадают волосы. Человек, который приобрёл такие часы, в тайне мечтает от них избавиться, но часто продолжает носить их на руке из-за нехватки смелости признаться себе в том, что сделал неудачное вложение, —  немного растягивая слова спокойным металлическим голосом произнес робот и подмигнул комиссии.

Женщина в синем платье открыла от неожиданности рот, а юный стартапер рассмеялся, глядя, как у мужчины с золотыми часами, отчаянно стала пульсировать жилка на правом виске.

— Вы готовите своего робота к стендапу? — Злобно спросил мужчина.

— Да ну бросьте, Мистер Адамс, — примирительно сказал стартапер, — вы же не будете воспринимать слова робота всерьез, в самом деле.

Он с завистью посмотрел на робота, ведь только робот мог сказать уважаемому инвестору с солидным пакетом инвестиционных проектов о том, что он сильно продешевил, купив такие часы.

Робот не заметил взгляда стартапера, перевёл металлическое дыхание и спокойно продолжил:

— Весельчак и балагур прячет за своей внешней невозмутимостью глубокую тревогу. Этот защитный механизм помогает спрятать человеку собственную некомпетентность. У отдельных групп людей отмечалась положительная динамика после проработки комплекса неполноценности на групповой терапии, однако у тех, кто чрезмерно увлекается напитками с повышенным содержанием спирта, никакой динамики не наблюдалось, — процитировал он интернет.

После этих сведений комиссия по инновациям замолчала, а женщина в синем платье стала что-то искать среди бумаг на столе. Когда оцепенение прошло, юный стартапер снова рассмеялся:

— Я никак не могу понять на какой модели вы обучали своего робота, Пут, но ваш робот стал определенно лучше говорить с момента нашей последней встречи.

RPV2 наклонил голову в сторону юного стартапера и всё тем же металлическим голосом добавил:

— Комплекс отличника — одно из самых распространённых невротических расстройств и проистекает он из убеждений в недостаточной эффективности.

Юному стартаперу стало не по себе: сначала RPV2 упомянул про пиво, теперь ещё и это. Кроме того, в процессе своей речи робот настолько близко придвинулся к стартаперу и так часто заморгал, что стартапер невольно отодвинул от него свой стул подальше, и нечаянно попал одной из его ножек на синее платье женщины. От испуга женщина закашлялась и начала с силой выдёргивать подол платья, который вопреки логике всё больше наматывался на стул.

— Итак, мы отключаем у меня эмоциональную сферу и создаём иммунитет к правде, чтобы я не поплыл перед комиссией и не стал их жалеть, — изобретатель начал вычёркивать на пластиковой доске слова, — это будет не просто, но они это заслужили.

— Хмм, — произнёс робот, — интернет ничего не говорит про «иммунитет к правде», зато много говорит про иммунитет, и вся информация по данному вопросу противоречивая. Что такое «иммунитет к правде»?

— Да, я невысокого роста, но зато полицейским меня не видно. И да, я начинаю лысеть, потому что солнце меня любит, а значит, полюбишь и ты.

— Ничего глупее в своей жизни не слышал, — безапелляционно констатировал робот, — лысеешь ты, потому что…

— Я знаю, почему я лысею, — огрызнулся изобретатель, — но комиссии по роботам это знать не обязательно.

— Порой даже слишком, — с горечью в голосе резюмировала женщина.

Изобретатель робота внутренне ликовал, но изо всех сил старался это не показывать.  «Так, я начинаю лысеть, у меня маленький рост. Что бы ещё такого вспомнить? А, я ещё грызу ногти, у меня проблемы с общением, чёрт.. что же меня сегодня это, наоборот, веселит, а не огорчает?»

— Благодарю вас, — стальным голосом отозвался RPV2. — Кажется, я начинаю размышлять.

— О чём? — С интересом отозвался стартапер. Было похоже, что он забыл, что говорит с роботом.

— О том, что было бы, если бы меня разработал кто-то другой. Например, вы.

Стартапер расплылся в довольной улыбке, а изобретатель робота отметил про себя, что RPV2 перешёл к пункту «Создание конкуренции».

— Или вы, — робот обратился к женщине в синем платье и отчаянно заморгал, — я всего-лишь машина, некоторым вещам меня могла бы научить только женщина.

— Каким, например? — Поинтересовался дотошный стартапер.

— Таким, как эмпатия и жизненная мудрость, — почти как человек заключил робот.

— Ага, научит она тебя мудрости, мечтай, — отозвался мужчина с золотыми часами, — если бы решения всегда принимала только она, многие блестящие изобретения не увидели бы свет. Вспомнить хотя бы робота-парковщика. Не так ли?
— Ваш робот-парковщик часто путал лево и право. И, вообще, не хорошо такими гнусными способами проталкивать своих протеже, — с упрёком ответила женщина.

Ей тоже нравился RPV2. Ещё каких-то пару недель назад он казался ей очередным говорящим туловищем, которых она в этом кабинете повидала немало, но теперь робот буквально расцвёл на её глазах.

— Браво, браво мистер Пут, — обратилась она к изобретателю, — ваш робот поднимает интересные вещи, о которых никто не решался сказать вслух. Если от моего голоса зависит принятие решения о вашем дальнейшем финансировании и о том, чтобы именно вы представляли наш институт, я определённо буду голосовать за вас. Чтобы никто меня больше не упрекал в том, что я не даю жизни молодым проектам.

— Ну уж нет, — ответил ей мужчина с золотыми часами, — у тебя просто так не выйдет быть доброй. Я вот давно хотел у вас узнать, дамочка, а вы лично сами, когда в последний раз что-то изобретали? Или только так, можете чужие изобретения себе присваивать?

Изобретатель злорадно подумал про себя: «Пункт третий, жертвы сместили фокус внимания и борются за своё превосходство. Осталось ещё немного подождать».

— А вот интересно, — задумчиво протянул изобретатель, взглянув на пластиковую доску, — чем вообще заканчиваются все эти пикапы?

— Кажется, я не хочу пока этого знать.

— Простите, что прерываю ваш спор, — тактично начал свою речь изобретатель, — мне жаль, что мы с роботом стали невольными катализаторами ваших неразрешимых противоречий. Что я могу сказать в финале? Мы, действительно, много работали над созданием совершенного чуда, которое сможет быть верным помощником для каждого человека и мне приятно, что вы отметили наш прогресс в этом направлении. Конечно, работы ещё много, человеческое сознание идёт вперёд и нам тоже нужно обучать своего робота, если мы хотим его максимально очеловечить. Многие вещи он уже умеет делать, многим вещам его ещё предстоит научить, но начало положено.

Пока изобретатель робота говорил, показывая рукой на своё создание, женщина в синем платье, пытаясь узнать, есть ли у роботов душа, не отрываясь смотрела роботу прямо в глаза. Инвестор задумчиво оценивал свои золотые часы, стягивая их с руки, затем снова надевая обратно. Юный стартапер наблюдал за частотой, с которой мигает робот, чтобы отогнать от себя мысли о пиве. RPV2 думал, что он человек.